Информационный портал «Питер One»

Александр Лодыгин: изобретатель, уступивший предпринимателю

Это улица Лодыгина в поселке Стрельна. Впрочем, как видим, когда-то она была Ладыгина. На самом деле права современная табличка. И улица эта названа, конечно, не в честь вратаря “Зенита” Юрия Лодыгина. Подробнее о невольном герое топонимической коллизии читайте в рубрике Страна и мир материал “Александр Лодыгин – изобретатель, проигравший предпринимателю”.

«Молодой человек, размышляя о приложении математики и механики, додумался, говорят, до каких-то замечательных результатов: он изобрел важные улучшения в системе воздушных шаров и, разумеется, хотел воспользоваться своим открытием. В Петербурге люди весьма серьезные и почтенные приняли в нем участие, но что прикажешь делать в Петербурге по части воздушных шаров?»

Так писал корреспондент газеты «Голос» в 1870 году, описывая удивительную поездку молодого русского изобретателя Александра Лодыгина во Францию. Его имя еще не было известно общественности, а потому называли его в публикации просто «молодой человек». Этот поход Лодыгина во Францию замечателен не столько тем, что его едва … не повесили, как прусского шпиона в Женеве, сколько своей символичностью: во Францию Лодыгин повез чертежи своего изобретения, которому на родине не оказали должного внимания. Это невнимание к своему таланту в России прошло через всю жизнь изобретателя.

Еще в конце 1860-х Александр Лодыгин начал поиск средств для осуществления самой грандиозной из своих идей – постройки “летательной машины” тяжелее воздуха, приводимой в действие электричеством и способной поднимать до 2 тыс. пудов груза! Принцип действия «электролета» изобретатель излагал так: «Если к какой-либо массе приложить работу архимедова винта и когда сила винта будет более тяжести массы, то масса двинется по направлению силы». «Электролет» Лодыгина представлял собой продолговатый сигарообразный снаряд, снабженный двумя воздушными винтами. Один, расположенный на конце снаряда, должен был тянуть его в горизонтальной плоскости, а второй (на боковой поверхности) обеспечивал подъем вверх. Получается, Александр Лодыгин предвосхитил … вертолет. Главное инженерное управление военного министерства отнеслось к идее «электролета» с равнодушием. Отчаявшись найти понимание на родине, Лодыгин решил попытать счастья за рубежом. Он написал в Париж и предложил французскому правительству использовать летательный аппарат в только что начавшейся войне с Пруссией. Получив от комитета национальной обороны положительный ответ и 50 тыс. франков на строительство «электролета», изобретатель воспрянул духом и, собрав с помощью друзей 98 рублей на дорогу, отправился во Францию. Когда он прибыл на парижский вокзал, полиция арестовала его, приняв за немецкого шпиона. Лодыгину объяснял, что он русский изобретатель и направляется на военный завод в Крезо, где строится его летательная машина. Лодыгина, едва не повесив, все-таки освободили.

Но, конечно же, Александр Лодыгин прославился в первую очередь тем, что первым в мире изобрел и запатентовал лампочку накаливания. Но лавры достались предприимчивому американцу Томасу Эдисону.

В изобретатели из военных

Александр Николаевич Лодыгин родился 6 октября 1847 года в селе Стеньшино Тамбовской губернии в обедневшей, но родовитой дворянской семье. Лодыгины вели свой род от Андрея Кобылы, от которого, как считается, пошли многие другие известные фамилии – Сухово-Кобылины, Шереметевы, Епанчины. Почти все предки Лодыгина были военными. И все же, тяга к изобретательству у Александра Николаевича – родовая! Один из его предков, Дмитрий Михайлович Лодыгин в конце 18 века на собрании Санкт-Петербургской императорской академии наук представил машину для гонки спиртов, благовонных вод и масел, которую сам окрестил «перекуб». Об этом в 1781 году сообщала пресса.

Александру Лодыгину родители также прочили военную карьеру. В 12 лет мальчик поступил в Тамбовский кадетский корпус и окончил его с примерной характеристикой. Далее последовал перевод в Воронежский корпус, частью которого был Тамбовский, где интересы молодого человека раз и навсегда переключились с военной науки на физику. Лодыгин был лаборантом физического кабинета и учеником на местной метеостанции. После службы юнкером в 71-м Белевском полку с перерывом на учебу в Московском юнкерском пехотном училище подпоручик Лодыгин вышел в отставку. Объяснял он этот поступок, вызвавший бурный протест у родных, так: «Человек, который потерял возможность творить, есть не человек, а зверь, лишенный наивысшего различия от существа разумного». В эти годы он полон проектами один другого фантастичнее. Не имея достаточных средств для их осуществления, поступил на Тульский оружейный завод, где работал простым молотобойцем, благо от природы отличался изрядной физической силой. Вскоре Лодыгин отправился в Санкт-Петербург, где в конце 1860-х начал поиск средств для осуществления самой грандиозной из своих идей – постройки «летательной машины».

Главные изобретения

Как уже было сказано, постройку «электролета» на родине финансировать отказались. Хотя Александр Николаевич, уклонившись от карьеры военного, как раз предназначал свое изобретение для нужд армии. Как он писал, из «электролета» очень удобно бросать на противника бомбы. Кроме того, Лодыгин разрабатывал автономный водолазный аппарат с использованием газовой смеси, состоявшей из кислорода, вырабатываемого из воды путем электролиза, и водорода, – непосредственный предок акваланга, изобретенного Жан-Жаком Кусто вместе с инженером Эмилем Ганьяном лишь в 1946 году. Лодыгин, не встретив поддержки научной общественности и не дождавшись финансирования властей, забросил своей проект. Уже много позже такая же судьба постигла еще несколько великих изобретений Лодыгина. Эти неудачи он комментировал так: «Много лет обращаюсь к казенным и частным заводам с предложением построить одну печь. Эти заводы нуждаются в таких печах, но строят печи, изобретенные иностранцами, выписывают иностранных инженеров, расходуют на это многие сотни тысяч рублей. В то же время, частные предприниматели и государство боятся истратить 2500-3000 рублей на постройку «пробной печи» русского изобретателя на том основании, что те иностранные печи находятся уже в работе, а работы моей печи никто еще не видел».

Самое громкое свое изобретение сам Лодыгин таковым не считал. Конструируя «электролет», он разработал особую лампочку, которая должна была освещать кабину пилота. Лодыгин первым в мире догадался выкачать из стеклянной колбы воздух и поместить туда угольный стержень, который накалялся под действием тока. Как оказалось, именно лампочка, а не «электролет» сделала Лодыгина знаменитым. В 1872 году изобретатель публично продемонстрировал свою лампу и в том же году подал «прошение на привилегию» на «способ и аппараты дешевого электрического освещения». Его лампы включались параллельно на одно и то же напряжение и могли иметь разную мощность, а источником питания для них служил генератор постоянного тока. Это был настоящий прорыв в годы тотального газового освещения. И окрыленный успехом Лодыгин вместе со своим другом Василием Дидрихсоном основал собственную компанию «Русское товарищество электрического освещения Лодыгин и К°». А летом следующего года ее продукция вызвала сенсацию городского масштаба, залив светом одну из столичных улиц. Любопытно, что улица была выбрана не случайно – именно по ней шел гоголевкий герой Акакий Акакиевич. Намек понятен: если бы в те времена улица была освещена электрическим светом, Акакий Акакиевич не лишился бы любимой шинели, а с ней, и жизни. «Человек считает себя счастливым, если творимые им предметы могут улучшить жизнь его и других», – таков был девиз Лодыгина. Посмотреть на невиданный свет пришла толпа народа. Многие из любопытствующих были с газетами – проверяли, хорошо ли читается при электрическом свете. Оказалось, очень даже хорошо. Лодыгин писал в то время: «Электрический свет, получаемый от индуктивных токов, должен быть единственным искусственным светом, употребляющимся на земном шаре как по своей силе и ровности света, так и по безопасности и дешевизне».

В том же 1873 году Лодыгиным были получены патенты во многих странах: Австро-Венгрии, Испании, Португалии, Италии, Бельгии, Франции, Великобритании, Швеции, Саксонии и даже в Индии и Австралии. И только спустя год, 11 июля 1874 года, спохватилось родное патентное ведомство. Лодыгин получил российскую «привилегию» (патент), указанную задним числом: от 2 октября 1872 года.

Все, казалось бы, обещало процветание лодыгинскому предприятию. Но насколько талантлив был Лодыгин в электротехнике, настолько же наивным он оказался в бизнесе. А может быть, народник Лодыгин по определению не мог быть успешным капиталистом. Его компания вместо того, чтобы заняться производством и усовершенствованием первых моделей ламп, пустилась в рискованные биржевые спекуляции. Торговля акциями, или, как тогда говорили, паями, как раз вошла в моду. Однако уделом большинства стало быстрое разорение. Этой участи не избежала и компания Лодыгина. Краху компании помогло и конкурирующее изобретение – в 1876 году лампа накаливания Лодыгина неожиданно оказалась в тени «электрической свечи» (дуговой лампы) Павла Яблочкова. В отличие от лодыгинских ламп более мощные «свечи» Яблочкова произвели сенсацию не только в России, но и во всем мире. Белые матовые шары, излучавшие невиданно яркий свет, осветили Елисейские Поля и набережную Темзы, улицы Мадрида, Неаполя, Берлина. Европейские газеты писали о «русском солнце», акционерные общества с участием Яблочкова росли и росли. Но и у изобретения Яблочкова был существенный недостаток: сгоревшие угольки нужно было регулярно заменять новыми, в то время как лампу Лодыгина можно было зажигать и гасить многократно. Яблочков сразу признал, что за лампами накаливания будущее, после чего, презрев все законы бизнеса, не только не препятствовал своему конкуренту Лодыгину, но и начал оказывать ему финансовую помощь. При этом Яблочков навредил собственному бизнесу. Не понявшие его миссионерства акционеры его компаний начали стремительно избавляться от акций: те обесценились, и изобретатель дуговой лампы умер в крайней бедности в возрасте 47 лет.

Но и для Лодыгина время было безнадежно упущено. Потому что к концу 1870-х годов у него объявился конкурент за океаном, куда более мощный и на сей раз лишенный каких бы то ни было сантиментов по отношению к сопернику, – Томас Эдисон.

Предприниматель против изобретателя

Американец Эдисон, начавший самостоятельную предпринимательскую деятельность с 12 (!) лет, создал свои лампы накаливания и наладил их промышленное производство. Известно, что лодыгинские лампы впервые попали в США спустя пять лет после их успешной демонстрации в Санкт-Петербурге. Первые удачные опыты со своей лампой накаливания, в которой в отличие от лодыгинской угольный стержень был заменен более эффективной и практичной угольной нитью, знаменитый американский изобретатель и бизнесмен провел 21 октября 1879 года, а уже в январе Эдисон подал заявку на лампу с угольным электродом в Патентное бюро США. Одновременно с заявкой последовал судебный иск – Эдисон требовал запрета на изготовление аналогичных ламп в Европе. Понятно, чьих: Лодыгин тогда жил и работал в Париже. Однако вопреки ожиданиям суд отклонил иск Эдисона. После этого конкурент Лодыгина предпринял еще несколько аналогичных попыток в американских и европейских судах. Однако все они поддержали решение первого.

Тогда неутомимый Эдисон в том же 1879 году создал собственную электротехническую фирму и начал планомерно модифицировать и усовершенствовать лампу накаливания, готовясь к завоеванию не только американского, но и европейского рынка. И добился успеха – правда, не без помощи … Лодыгина. Дело в том, что его российский конкурент, награжденный в 1874 году ежегодной Ломоносовской премией Петербургской академии наук, на три года почти забросил физику. Его захватило новое увлечение. Лодыгин увлекся идеями революционеров-народников и три года провел в их колонии-общине в Туапсе. Местные власти, напуганные вестями из обеих столиц, в конце концов, почли за благо колонию запретить. И Лодыгин в 1878 году вернулся в столицу, где работал на различных заводах, а попутно совершенствовал свою лампу.

Переломным для отечественной электротехнической науки стал 1880 год – год создания VI (электротехнического) отдела Русского технического общества (РТО) и выхода первого номера журнала «Электричество». В том же году наконец-то добившийся признания на родине действительный член РТО Лодыгин опубликовал в парижских научных журналах серию статей, в которых предложил новый вариант лампы – заполненной инертным газом и с нагревательным элементом в виде спирали.

Однако в том же году в научную карьеру Лодыгина вновь вторглась политика. В связи с участившимися террористическими актами по всей стране начались массовые аресты народников, и среди разыскиваемых полицией оказались многие знакомые Лодыгина. И он от греха подальше уехал за границу.

Разлука с Россией затянулось на 23 года. За границей Лодыгин женился на немецкой журналистке, родившей ему двух дочерей. Во Франции и США, где Лодыгин работал у главного конкурента Эдисона Джорджа Вестингауза, изобретатель трудился, не покладая рук. Он руководил строительством заводов и первых метрополитенов и изобрел множество практических бытовых «мелочей» — электропечь, аппарат для сварки и резки металлов, не говоря уже об обыкновенных вилке и розетке, имеющихся сегодня в каждом доме.

И все эти 20 лет он совершенствовал свою лампу, не желая уступать пальму первенства Эдисону. Лодыгин неутомимо бомбардировал Патентное бюро США своими заявками: 14 сентября 1888 года – на лампочки с нитями из осажденного углерода, из растительных волокон с пропиткой фтористым бромом и добавками кремния и бора, на лампы с нитью из железа, платины, вольфрама, молибдена, осмия, иридия и других металлов.

Однако в сфере патентного крючкотворства и бизнеса русскому изобретателю соревноваться с Эдисоном оказалось не под силу. Лодыгин, имея ввиду ловкость Эдисона, писал: «Есть изобретали, чьи изобретения долгие годы лежат без применения по неимению средства, пока другой изобретатель, часто в другой стране, не придет к той же идее, к тем же результатам и его изобретение благодаря счастливым обстоятельствам не войдет в практику». Американец терпеливо выждал, пока истекут сроки рассмотрения лодыгинских заявок, и в 1890 году получил собственный патент на лампу накаливания с электродом из бамбука, после чего тут же начал производить ее в промышленных масштабах. Нельзя не отметить, что Эдисон был талантливым популяризатором всего нового: на своих заводах он производил всяческие электрические устройства в огромных количествах, а потому они быстрее входили в быт.

Теперь остановить или обогнать его было делом практически безнадежным. И в 1906 году после многолетних мытарств и судебных тяжб Лодыгин решил продать свой патент лампы с вольфрамовой нитью – самой перспективной, как оказалось впоследствии – компании General Electric, в которую к тому времени влилась фирма Эдисона. Отдал он свое изобретение за гроши – полученных денег едва хватило на возвращение с семейством в Санкт-Петербург. Причину возвращения Лодыгин объяснил тогда так: «Окончание русско-японской войны заставило предвидеть большие перемены в морском и военном деле России. Ей хочу посвятить свой опыт, знания и изобретальность».

Последние годы

В последние предвоенные годы Лодыгин преподавал в Электротехническом институте и занимал высокий пост в строительном управлении Санкт-Петербургской железной дороги. Он даже был командирован управлением земледелия и землеустройства в Олонецкую и Нижегородскую губернии для выработки предложений об электрификации. Эта последняя командировка выпала на 1914 год. Начавшаяся мировая война сломала все планы. Лодыгин вернулся к авиационным проектам – в частности, направил в военное министерство заявку на «цикложир», электрический летательный аппарат вертикального взлета (со специфическими винтами в виде огромных колес, в которых вместо спиц множество лопастей, как на вентиляторе). Но для 1914 года проект «вертолета» оказался утопическим, и военные чиновники без тени сомнения завернули его.

Лодыгин после Февральской революции окончательно эмигрировал в США (выехал он туда годом раньше в очередную командировку, оказавшуюся пожизненной). Однако в Америке к тому времени все перспективные направления в электротехнике были плотно монополизированы энергичным Эдисоном. За шесть оставшихся ему лет жизни в эмиграции Лодыгин так и не смог найти себе достойное место, окончательно обнищал и тяжело заболел. Запоздавшее приглашение от Глеба Кржижановского вернуться на родину для участия в разработке Государственного плана электрификации России (ГОЭЛРО) Александр Николаевич отклонил по соображениям житейским: он уже не вставал с постели. А в марте 1923 года, когда электрификация шла полным ходом, Александра Лодыгина избрали почетным членом Общества русских электротехников. Но он об этом уже не узнал – приветственное письмо из СССР добралось до Нью-Йорка лишь к концу марта, а 16 марта адресат умер в своей бруклинской квартире. Богатейший научный архив Лодыгина, сменив нескольких хозяев, в конце концов, осел в Русском фонде университета Коламбия в Нью-Йорке. Так что на родине изобретателя остались лишь миллионы экземпляров обыкновенной бытовой электролампы с вольфрамовой нитью – как сказано в современном Большом энциклопедическом словаре, «изобретенной А. Лодыгиным в 1872 г., усовершенствованной Т. Эдисоном в 1879 г».

Досье

Александр Николаевич Лодыгин родился в 1847 году. Он учился на военного инженера в Московском военном училище, которое окончил в 1867 году. Вскоре, выйдя в отставку, стал разрабатывать схему лампы накаливания. Первоначально Лодыгин пытался использовать в качестве нити накала железную проволоку. Потерпев неудачу, перешел к экспериментам с угольным стержнем, помещенным в стеклянный баллон. В 1872 году Лодыгин подает заявку на изобретение лампы накаливания, а в 1874 году – получает патент на свое изобретение и Ломоносовскую премию от Петербургской академии наук. В конце 19 в. Лодыгин изобрел несколько типов ламп с металлическими нитями накала. Лодыгин первым предложил применять в лампах вольфрамовые нити (в современных электрических лампочках нити накала именно из вольфрама). Помимо электрических ламп Лодыгин конструировал приборы электрического отопления, электрические печи для плавки металлов из руд и другие. Александр Николаевич Лодыгин был одним из основателей электротехнического отдела Русского технического общества. Он принимал участие в издании журнала “Электричество”. В 1899 году Александру Николаевичу Лодыгину было присвоено звание почетного инженера-электрика. Технические идеи Александра Лодыгина по строительству электропечей для выплавки металлов не были поддержаны в России, и в 1916 году он уехал за границу. Работал во Франции и США. Всего на счету Лодыгина 37 изобретений. В 1923 году Александр Николаевич Лодыгин умер в США.

Лучшие цитаты Т. Эдисона:

«Не эксплуатировать чужие идеи, а создавать свои – вот счастье»

«Русский рабочий ни в коем случае не хуже американского рабочего, если они поставлены в одинаковые условия»

«В России потребляется водки меньше, чем в других странах, но дело в том, что когда как в других странах водка употребляется как возбудительное и пищеварительное средство, в России водка является суррогатом свободы творчества»

«Как только правительство во внешней и внутренней политике будет знать, что честь русского имени дороже всего и что главная его задача развивать способность и свободу творчества, то окраины перестанут чувствовать к коренной России вражду, а будут Россией гордиться и называть своим Отечеством»

«Как же много творцов на Руси! В глухих уголках России, часто неграмотные, они тратили десятки лет на изобретения, уже давно сделанные»

«Гениальность состоит из 1% вдохновения и 99% трудолюбия»

Поделиться статьей:

Все материалы рубрики: